«Он весь — дитя добра и света» (По лирике А. С. Пушкина)

Что привлекает меня в поэзии Пушкина? Прежде всего, личность самого поэта, многогранная и непостижимая, общаясь с которой, испытываешь чувство, подобное тому, что переживает альпинист при подъеме к снежной вершине. Наш технократический век немало постарался, чтобы окунуть человека в пучину низменных страстей и закрыть для него сияющую снежную вершину человеческого духа.
«Изучая его творения, можно превосходным образом воспитать в себе человека», — сказал В. Г. Белинский. Хочется пояснить — совершенного человека, точнее, человека,

неустанно стремящегося к самосовершенствованию. Таким был Пушкин. Что же составляет первооснову его духовной организации? Исчерпывающий ответ мы найдем в удивительном стихотворении «Пророк». Написанное в 1826 году в селе Михайловском, это стихотворение является манифестом творческой деятельности поэта. Гражданское мужество, верность своему предназначению — предназначению поэта-пророка, чей путь сулит «и труд и горе», не может не восхищать в Пушкине. Томимые «духовной жаждой» найдут в его стихах пищу для ума и сердца. Читая его стихи, понимаешь, что счастье — в служении другим, в самоотдаче, а не в
стяжательстве и накопительстве.
Восхищает высокий патриотизм поэта, основанный на глубокой любви к Отечеству.
Два чувства дивно близки нам,
В них обретает, сердце пищу:
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.
(«Два чувства дивно близки нам»)
«И хоть бесчувственному телу
Равно повсюду истлевать,
Но ближе к милому пределу
Мне все б хотелось почивать.
(«Брожу ли я вдоль улиц шумных…»)
Патриотизм поэта, естественный и благородный, лишенный шовинистических и великодержавных настроений, был бы уязвлен, сумей он сейчас хоть на минутку вернуться на «родное пепелище». Трудно было бы ему «опознать» родные места: вокруг все вывески на иностранном языке. Да что там уязвлен! Одна минута телерекламы повергла бы поэта в шоковое состояние.
Удивительная грань пушкинского таланта — это неиссякаемый оптимизм, гармония с самим собой и окружающим миром:
Как счастлив я, когда могу покинуть
Докучный шум столицы и двора
И убежать в пустынные дубравы…
(«Как счастлив я»)
Картины природы, созданные его пером, — это эдем, где человек счастлив во все времена года:
Под голубыми небесами
Великолепными коврами,
Блестя на солнце, снег лежит,
Прозрачный лес один чернеет,
И ель сквозь иней зеленеет,
И речка подо льдом блестит.
(«Зимнее утро»)
Унылая пора!
Очей очарованье!
Приятна мне твоя прощальная краса —
Люблю я пышное природы увяданье,
В багрец и золото одетые леса…
(«Осень»)
Перечитывая «Вакхическую песню», веришь, что жизнь — не «дар напрасный, дар случайный», а беспредельный и непрекращающийся поток. Стоит жить, чтоб «мыслить и страдать», ибо только этот путь ведет к восхождению.
Как эта лампада бледнеет
Пред ясным восходом зари,
Так ложная мудрость мерцает и тлеет
Пред солнцем бессмертным ума…
Да здравствует солнце, да скроется тьма!
К гармоничному мироощущению и мудрости, по утверждению поэта, ведет путь страдания и поклонения красоте:
Я думал, сердце позабыло
Способность легкую страдать,
Я говорил: тому, что было,
Уж не бывать, уж не бывать!
Прошли восторги и печали,
И легковерные мечты…
Но вот опять затрепетали
Пред мощной властью красоты.
(«Я думал, сердце позабыло»)
Высокая самоотдача во всем: в творчестве, в дружбе, в любви — это тот волшебный магнит, с помощью которого наша связь с Пушкиным с течением лет становится все более глубокой и прочной. В интимной лирике поэта, по словам Белинского, нашли выражение изящнейшие и благороднейшие свойства пушкинской натуры. Преданность друзьям-лицеистам и друзьям-декабристам доказана на деле. Лучшее тому доказательство — стихотворение «Арион». Умел он быть благодарным и спешил подставить плечо друзьям, о чем читаем в стихотворениях «К Чаадаеву», «Во глубине сибирских руд», «И. И. Пущину».
Самоотверженная, высокая любовь поэта заставляет учащенно биться наши сердца при чтении волшебных строчек стихотворений: «Редеет облаков летучая гряда…», «Сожженное письмо», «Все в жертву памяти твоей», «На холмах Грузии», «Я вас любил…», «Что в имени тебе моем…», «Я помню чудное мгновенье…», «Мадонна». Каждый раз они находят отклик в наших душах.
Давайте читать и перечитывать Пушкина, всякий раз спрашивая себя: умею ли я быть мужественным, преданным, любящим и великодушным, как он, и будем неустанно стремиться, подобно альпинисту, к вершинам того, над чем не властно время, — к вершинам человеческого духа.
Пусть хранит наши души священный талисман — пушкинская поэзия, — в которой сокрыта таинственная сила.



spacer
«Он весь — дитя добра и света» (По лирике А. С. Пушкина)