Обличение мещанства и пошлости в рассказе А. П. Чехова “Ионыч”

“Ионыч” – одно из самых поразительных произведений А. П. Чехова и всей русской литературы в целом. Это рассказ с его небольшим пространством называли “маленьким романом”. Действительно, в нероманном по объему произведении скрыты и огромный смысл, и достаточно динамичное развитие событий.
О городе С. трудно сказать что-либо новое: он прибывает в застывшем состоянии, напоминая чем-то немую сцену из гоголевской комедии. Но это имеет у Чехова особый смысл. Писателя волновало то, как набирал силу либерализм в России. В “Ионыче”

писатель обличает российский либерализм. Но город С как раз и есть либеральный город. В этом были уверены все. И те, кто говорил, что в С. “очень хорошо…есть библиотека и театр”, и либеральные члены клуба, не выносящие слов “труд” и “свобода”, и, прежде всего, “образованные и талантливые” Туркины. Но ведь существует образованность истинная и внешняя. Какая же она у представителей семейства Туркиных?
Эта семья играла видную роль среди местного мещанства: устраивала спектакли с благотворительной целью, ставила водевили, где осмеиваются генералы, писала либеральные романы, в которых графини устраивают
школы и больницы. Писатель с отвращением относится ко всему этому. И это видно из всего содержания рассказа.
Туркины представляют городскую аристократию, их дом находится рядом с губернаторским. Но при госте, сельском враче, фамильярничают: “Верочка”, “цыпка”, “Жанчик”. А Старцева встречают маниловскими фразами: “Очень рад видеть такого приятного гостя”, вы должны “отдавать свой досуг обществу”.
Всем этим Чехов показывает людей, далеких от истинно культурного, от всех истинных ценностей в жизни. Особенно это проявляет себя тогда, когда из-под маски интеллигентного и благодушного человека выглядывает крепостник, издевающийся над лакеем. Туркин выглядит шутом. И особо шутовскими кажутся его фразы, лишенные всякого содержания и смысла: “Здравствуйте и прощайте, пожалуйста”, “покорно вас благодарю”. И это вежливые формы обращения? Скорее, эти фразы имеют бранный оттенок. Словно устойчивые сочетания, Туркин использует их кстати и некстати, опошляя все, к чему бы ни прикасался.
Время в рассказе несется вперед, а люди движутся в обратном направлении. Они быстро стареют, жиреют, мертвеют духом. Что касается фамилий Старцева и Туркиных, то очевидно, что в них нет ничего молодого, нет того прекрасного будущего, о котором так часто писал свои произведения Антон Павлович Чехов.
Главное в “Ионыче” – положительные лица. Это Старцев и Котик в лучшие годы своей молодости. Потом мы увидим, что всего этого как будто и не было, все исчезнет. Не будет и Дмитрия Ивановича Старцева. Останется Ионыч.
Дмитрий Старцев – это сложная и протеворечивая фигура разночинца. Они проявляются в его мнимом превосходстве над обывателями, даже самыми либеральными (“Это вы про каких Туркиных, это про тех, что дочка играет на фортепианах?”). Герой оправдывает свою жизнь беспрерывным трудом, а на самом деле превращается в буржуа, попадает в нечто ограниченное, из чего нельзя выйти, но пока это им не осознается. Многие видели в “Ионыче” драматическое крушение души, напрасную гибель здоровых сил.
Любопытен ритм произведения, который выражается в отсчете рокового для Старцева четырехлетия: “Прошло четыре года…”, “За все четыре года…”, “но вот прошло четыре года…”. Очень короткий срок угасания человека.
Что же привело Старцева к этому преждевременному увяданию как телесному, так и духовному? У героя успешная практика, он принимает больных, он бывает в разных домах и встречается со многими людьми, но “обыватели своими разговорами, взглядами раздражали его”. Туркин ни с кем не сходился близко. Он уже привык к тому, что обыватель только тогда бывает добродушным, мирным, когда с ним “играешь в карты или закусываешь с ним”. В эти моменты он вроде бы и неглупый человек, но стоит только заговорить с ним “о чем-нибудь несъедобном, например, о политике или науке, как он становится в тупик или заводит такую философию, тупую и злую, что остается только рукой махнуть и отойти”.
Старцев становится пассивным, он уже неохотно ходит пешком. Герой пополнел и раздобрел и ездил теперь на тройке лошадей. Дальше рисуется еще более страшная картина, а ведь прошло всего лишь несколько лет: “Старцев еще более пополнел, ожирел, тяжело дышит и уже ходит, откинув голову”. Он очень одинок.
А в семье Туркиных (“Иван Петрович не постарел, нисколько не изменился”) все по-старому. Только Котик “заметно постарела, похварывает и каждую осень уезжает с матерью в Крым”. В первом случае налицо физическое старение, во втором писатель заостряет внимание на том, что все так же, как было несколько лет назад. Никакого развития, одни и те же занятия и интересы, все – ограниченное пространство души.
Отличие симптомов мещанства, пошлости у Ионыча и Туркиных состоит в том, за чем каждый из них скрывает себя: у Старцева это работа, у Туркиных – мнимая культура и образованность. Все мнимое и пошлое в мире, по Чехову, сильно влияет на деятельных людей, забирая их в мир ограниченности, отбирая цели и устремления жизни, отнимая настоящую жизнь в ее полноценном проявлении.



spacer
Обличение мещанства и пошлости в рассказе А. П. Чехова “Ионыч”