Анализ стихотворения Пушкина А. С. “Зимнее утро”

Мороз и солнце; день чудесный!
Еще ты дремлешь, друг прелестный –
Пора, красавица, проснись:
Открой сомкнуты негой взоры
Навстречу северной Авроры,
Звездою севера явись!
Вечор, ты помнишь, вьюга злилась,
На мутном небе мгла носилась;
Луна, как бледное пятно,
Сквозь тучи мрачные желтела,
И ты печальная сидела –
А нынче… погляди в окно:
Под голубыми небесами
Великолепными коврами,
Блестя на солнце, снег лежит;
Прозрачный лес один чернеет,
И ель сквозь иней зеленеет,
И речка подо

льдом блестит.
Вся комната янтарным блеском
Озарена. Веселым треском
Трещит затопленная печь.
Приятно думать у лежанки.
Но знаешь: не велеть ли в санки
Кобылку бурую запречь?
Скользя по утреннему снегу,
Друг милый, предадимся бегу
Нетерпеливого коня
И навестим поля пустые,
Леса, недавно столь густые,
И берег, милый для меня.
Необычайной бодростью и свежестью веет от стихотворения А. С. Пушкина “Зимнее утро” (1829), написанного излюбленным Пушкиным размером – четырехстопным ямбом. Его мерное, неустанное движение подхватывает нас, несет с собой. Помогает этому ощущению
и особое построение строфы: две рядом стоящие строки скреплены женской рифмой, затем строка (третья) оканчивается ударным (“мужским”) слогом, и опять две женские рифмы, а в заключение твердый мужской слог, созвучный с окончанием третьей строки.
Поэт сразу же вводит нас в обстановку: “Мороз и солнце; день чудесный!” Краткое, стремительное начало. Все дальнейшее – обращение, призыв, приглашение на прогулку по сверкающим, зимним снегам.
Присмотримся ко второй и третьей строфам. Пушкин построил их на приеме противопоставления: вторая строфа – это “вчера”, третья – это “сегодня”. Вчера злилась вьюга, луна едва проглядывала сквозь тучи, и ты была печальна. Сегодня сверкают на ярком солнце снега, небо уже голубое. Резкая перемена произошла за ночь, неузнаваемым все стало кругом.
Но и эти две строфы, в свою очередь, противопоставлены всему дальнейшему. В них было рассказано все то, что видно из окна деревенского дома. А четвертая строфа возвращает нас в комнату, где тепло и уютно, где весело потрескивает только что затопленная печь.
И вновь мысль поэта устремляется к контрасту: хорошо сидеть дома, но не лучше ли велеть подать сани и предаться бегу нетерпеливого коня?
Все у Пушкина в этом стихотворении построено на контрастах, на смене не похожих картин. И эти картины, каждая в отдельности, насыщены, казалось бы, очень простыми, но вместе с тем выразительными подробностями (“деталями”).
В самом деле, возьмем хотя бы вторую строфу, ту, где говорится о вчерашней непогоде. Обратим внимание на ее эпитеты: небо – мутное, луна – не светлый круг, а расплывчатое пятно, и притом еще бледное; ты сидела печальная. Все окрашено в грустный тон. Начинается с того, что “вьюга злилась”. Кстати, вот вам и простая, но много говорящая метафора. Вьюге придана черта человеческого характера.
Обратимся теперь к третьей строфе, где все залито ярким светом погожего утра. Небо уже голубое, ковры снегов – великолепные. И отчетливо видно то, чего никак нельзя было заметить при вчерашней вьюге. Лес прозрачен, ель зеленеет, сквозь иней, речка блестит подо льдом. Какая наблюдательность и какая точность видения!
До сих пор поэт давал нам чисто зрительные образы. Но вот четвертая строфа. Вслушайтесь в эти строчки:
Вся комната янтарным блеском
Озарена. Веселым треском
Трещит затопленная печь.
Не правда ли, вы не только видите этот янтарный отблеск огня (меткий и точный эпитет), но и слышите потрескивание сухих, охваченных пламенем поленьев? Вероятно, здесь сыграли свою роль твердые звуки: [т], [р]. Этот прием звукописи получил название аллитерации.
Остановимся на некоторых эпитетах последней строфы.
“… предадимся бегу нетерпеливого коня”.
Опять емкое и выразительное художественное определение. Почему конь назван нетерпеливым? Очевидно потому, что ему не стоится на месте, что его пощипывает мороз, что он тоже по-своему охвачен ощущением этого бодрого зимнего утра – и рвется вперед и вперед. Как много можно сказать одним умело выбранным словом!
А последний эпитет этих стихов – на этот раз “сложный эпитет” из трех слов: “И берег, милый для меня”.
Разве не заставляет он вообразить картину каких-то, возможно и сложных, но счастливых и милых для памяти человеческих отношений? Автор ничего не говорит о них, но весь тон стихотворения, бодрый и радостный, свидетельствует о светлом, ничем не омраченном счастье.
У Пушкина немало стихотворений о зиме, о глубоких снегах, о зимнем солнце, но это изображение сверкающего утра особо выделяется своими светлыми, жизнерадостными красками.



spacer
Анализ стихотворения Пушкина А. С. “Зимнее утро”