Развитие трагической темы в поэме А. Ахматовой “Реквием”

Поэма – плач А. А. Ахматовой посвящена годам страшного террора в России и его невинным жертвам. Написание этой поэмы имело для поэта жизненно важный смысл. О реальной основе “Реквиема”, его цели А. Ахматова рассказала в прозаическом Прологе, названном “Вместо предисловия”: “В тогдашние годы ежовщины я провела семнадцать месяцев в тюремных очередях Ленинградки. Как-то раз кто-то опознал меня. Тогда стоящая за мной женщина с голубыми губами, которая, конечно, никогда не слыхала моего имени, очнулась от свойственного всем нам оцепенения и спросила меня на ухо (там все говорили шепотом):
– А это вы можете описать?
И я сказала:
– Могу.
Тогда что-то вроде улыбки скользнуло по тому, что некогда было ее лицом”.
В этой поэме мы видим, как усиливается трагизм, боль поэта за свой народ. В “Реквиеме” звучат разные голоса: поэта, историка, матери. Они помогают осветить трагедию с разных сторон, пронаблюдать развитие трагического мотива в произведении.
Построение поэмы отличается сложностью, фрагментарностью, связанной с особым эмоциональным напряжением. После обширного “Посвящения”, раскрывающего адресатов поэмы, следует “Вступление”. Оно, в отличие от “Посвящения”, в котором речь идет о женщинах, разлученных с арестованными, обращено непосредственно к тем, кого они оплакивают, то есть к уходящим в лагеря или на расстрел.
Здесь же возникает образ Города, но он резко отличается от прежнего ахматовского Петербурга. В нем нет былой красоты и гармоничности. Это город – придаток к гигантской тюрьме:
Это было, когда улыбался
Только мертвый, спокойствию рад
И ненужным привеском болтался
Возле тюрем своих Ленинград.
И только после “Вступления” начинает звучать конкретная тема “Реквиема” – плач Матери по Сыну. А. Ахматова придает сцене прощания широкий смысл. Прощаясь с сыном, она имеет в виду не только себя, но и тех, с которыми вскоре сведет ее тюремная очередь. Говоря о “стрелецких женках”, воющих под кремлевскими башнями, она тем самым показывает кровавую дорогу, которая тянется из глубины времен в современность. Эта кровавая дорога никогда не прерывалась. А в то время она стала еще более широкой.
Затем в “Реквиеме” неожиданно появляется мелодия, напоминающая колыбельную. Мотив колыбельной, связанный с Доном, подготавливает другой, еще более страшный мотив – безумия, бреда, полной готовности к смерти или самоубийству:
Уже безумие крылом
Души накрыло половину,
И поит огненным вином,
И манит в черную долину.
Сама трагично возникающая в “Реквиеме” ситуация Матери и казнимого Сына неизбежно соотносилась в сознании А. Ахматовой с евангельским сюжетом. Она расширила рамки поэмы до вселенского общечеловеческого масштаба. С этой точки зрения стихотворение “Распятие” можно считать философским центром произведения. Каждая из матерей, потерявших сына, подобна Богоматери. Поэт слышит речь Иисуса (и своего сына), но не слышит голоса Матери. Нет таких слов, которые способны передать ее состояние, ощущение вины, ее бессилие при виде страданий и смерти сына. В образе Богоматери сливаются все матери мира, детей которых убивают. И если Иисусу – смерть, ей – страдания: старость, страх, молитва.
Богоматерь уже много веков оплакивает каждого невинно гибнущего ребенка, и любая мать, теряющая сына, степенью своей боли как бы сближается с ней. И нет спасения. Постепенно к “Эпилогу” голоса сливаются: голос матери и поэта начинают звучать нераздельно.
Эпилог, состоящий из двух частей, сначала возвращает читателя к мелодии и общему смыслу “Посвящения” и “Предисловия”. Здесь мы вновь видим образ тюремной очереди, но уже обобщенный, символический:
Узнала я, как опадают лица,
Как из-под век выглядывает страх.
Как клинописи жесткие страницы
Страдание выводит на щеках.
Вторая, заключительная часть, “Эпилога” развивает хорошо известную в русской литературе тему памятника. Но у А. А. Ахматовой она приобретает совершенно необычный, глубоко трагический облик. Никогда еще в русской и мировой литературе не возникало столь необычного образа Памятника Поэту, стоящему, по его желанию, у Тюремной Стены. Это памятник всем жертвам репрессий, замученным в страшные 30-е годы:
А здесь, где стояла я триста часов,
И где для меня не открыли засов.
Затем, что и в смерти блаженной боюсь
Забыть громыхание черных марусь.
“Реквием” А. Ахматовой – подлинно народное произведение. По мере развития поэмы трагические мотивы углубляются, расширяются, приобретают общечеловеческий масштаб. Поэтому я не согласна с мнением Солженицына о поэме: “Это была трагедия народа, а у вас – только трагедия матери и сына”. Подобную точку зрения высказывает и Бродский, говоря о том, что “Реквием”- автобиография поэта, а не народная трагедия.
Но мне кажется, что эта поэма выразила не только страдание одной матери, но и народную трагедию. Ахматова, продолжая пушкинскую традицию “глаголом жечь сердца людей”, уже в эпиграфе открыто заявляет о своей позиции, о своей главной роли в жизни – роли поэта, который разделил со своим народом трагедию страны.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...
    spacer
    Развитие трагической темы в поэме А. Ахматовой “Реквием”