Идейное содержание «сказок» Салтыкова-Щедрина

Сатиры смелый властелин.
А. С. Пушкин
Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин — оригинальный писатель русской литературы, занимающий в ней особое место. Он был и остается крупнейшим мастером социального обличения. Его творчество оказало огромное влияние на последующую русскую литературу.
«Сказки» Салтыкова-Щедрина не случайно называют итоговым произведением автора. В них со всей остротой подняты те проблемы России 60-80-х годов XIX века, которые волновали передовую интеллигенцию. В спорах о дальнейших путях России высказывались многие точки зрения. Известно, что Салтыков-Щедрин был сторонником борьбы с самодержавием. Как и многие мыслящие люди того времени, он был увлечен народной идеей и сетовал на пассивность мужика. Писатель говорил, что, несмотря на отмену крепостного права в России, оно живет во всем: «в нашем темпераменте, поступках. Все, на что бы мы ни обратили внимание, все из него выходит и на него опирается». Этим политическим взглядам и подчинены журнально-публицистическая деятельность Салтыкова-Щедрина и его литературное творчество.
Писатель постоянно стремился сделать своих противников смешными, ибо смех — великая сила. Вот и в «Сказках» Салтыков-Щедрин высмеивает помещиков, либеральную интеллигенцию. Показывая беспомощность и никчемность чиновников, тунеядство помещиков и одновременно подчеркивая трудолюбие, ловкость русского мужика, Салтыков-Щедрин выражает в сказках свою основную идею: мужик бесправен, забит правящими сословиями, хотя может быть умен и смекалист.
Так, в «Повести о том, как один мужик двух генералов прокормил» писатель показывает полную беспомощность двух генералов, оказавшихся на необитаемом острове. Несмотря на то что кругом было изобилие дичи, рыбы, плодов, они чуть не умерли с голоду, если бы не умение и находчивость мужика.
Чиновники, которые «родились, воспитались и состарились» в какой-то регистратуре, ничего не знали, не понимали. И кроме слов: «Примите уверение в совершенном моем почтении и преданности», генералы делать-то ничего не умели и совершенно были уверены, что булки растут на деревьях. И вдруг их осеняет мысль: надо найти мужика! Ведь он должен обязательно быть, просто «где-нибудь спрятался, от работы отлынивает». И мужик действительно нашелся. Он накормил двух генералов и тут же по их приказу послушно вьет веревку, которой те привязывают его к дереву, чтобы не убежал.
В этой сказке Салтыков-Щедрин высказывает мысль о том, что Россия держится на труде крестьянина, который, несмотря на свой природный ум и смекалку, покорно подчиняется беспомощным господам. Эта же мысль развивается в сказке «Дикий помещик». Но если генералы из предыдущей сказки оказались на необитаемом острове по воле судьбы, то помещик из этой истории все время мечтал избавиться от несносных мужиков, от которых идет дурной, холопий запах. Поэтому столбовой дворянин Урус-Кучум-Кильдибаев всячески притесняет мужиков. И вот мужицкий мир исчез. И что же? Через некоторое время «весь он оброс волосами… а когти у него сделались железными». Помещик одичал, потому что без мужика он не способен даже обслужить себя.
Глубокая вера Салтыкова-Щедрина в скрытые силы народа видна в сказке «Коняга». Замученная крестьянская кляча поражает своей выносливостью и жизненной силой. Все ее существование заключается в бесконечной тяжелой работе, а тем временем сытые пустоплясы в теплом стойле удивляются ее выносливости, много рассуждают о ее мудрости, трудолюбии, здравомыслии. Скорее всего, в этой сказке Салтыкова-Щедрина подразумевается под пустоплясами интеллигенция, которая переливала из пустого в порожнее рассуждения о русском мужике, о судьбе русского народа. Очевидно, что в образе Коняги отражен крестьянин-труженик.
Героями сказок зачастую становятся звери, птицы, рыбы, подчеркивая, что в их основе лежит русский фольклор. Обращение к нему позволяет писателю в лаконичной форме и вместе с тем сатирически остро передать глубокое содержание. Возьмем, к примеру, сказку «Медведь на воеводстве». Три Топтыгина — это три разных правителя. По характеру они не похожи друг на друга. Один жестокий и кровожадный, другой злой, а третий ленивый и добродушный. И каждый из них не в состоянии обеспечить нормальную жизнь в лесу. И стиль их правления здесь ни при че, м. Мы видим, что ничто не изменило общий неблагополучный порядок в лесу: коршуны ворон ощипывают, а волки с зайцев шкуру дерут. «Таким образом, перед умственным взором третьего Топтыгина вдруг выросла целая теория неблагополучного благополучия»,- иронизирует автор.
Скрытый смысл этой сказки, в которой пародируются реальные правители России, в том, что без отмены самодержавия ничего в стране не изменится. Говоря об идейном содержании «Сказок» Салтыкова-Щедрина, нужно отметить, что многие талантливые писатели XX века как раз и показали в своих произведениях, что происходит, когда человек нарушает вечные законы развития природы, общества. Такими писателями были Булгаков, Платонов, Гроссман и многие другие.
Сатирик не переставал изобличать пороки самодержавия и в. других сказках. В сказке «Орел-меценат» писатель показал отношение верхов к искусству, науке и просвещению, делая один вывод, «что орлы для просвещения не нужны».
В сказке «Премудрый пискарь» Салтыков-Щедрин высмеивает мещанство, которое живет всю жизнь, пресмыкаясь перед властью: «Жил дрожал и помирал дрожал». Так же неравнодушен писатель и к идеалистам-утопистам. Это сказка «Карась—идеалист». Писатель утверждает, что не словами, а решительными действиями можно достичь счастливого будущего, и сделать это может сам народ.
Свой стиль Салтыков-Щедрин называл эзоповским. В каждой сказке присутствуют подтекст, иносказания.
Литература XX века, испытавшего потрясения социальных революций, полемизирует с литературой второй половины XIX века, в том числе с творчеством Салтыкова-Щедрина. Но тем и богаче наше литературное наследие, что в нем есть разные точки зрения на пути развития общества.
Литературное наследие Салтыкова-Щедрина принадлежит не только прошлому, но и настоящему, и будущему.



1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5,00 out of 5)

spacer
Идейное содержание «сказок» Салтыкова-Щедрина