До сущности протекших дней,
До их причины,
До оснований, до корней,
До сердцевины.
Б. Пастернак
Поэзия Бориса Пастернака не легка для восприятия. Дело тут не только в сложности его поэтики, но и в глубине и динамике мысли. Некогда поэт заметил, что философия — листва поэзии; читая его стихи, убеждаешься в этом вновь и вновь. Философская традиция в русской лирике представлена такими именами, как Баратынский, Пушкин, Лермонтов, Тютчев. В своем творчестве они размышляли о вопросах бытия, жизни и смерти, человеческого предназначения и духовности, взаимоотношениях человека и мира, человека и природы. Идеалы Истины, Добра и Красоты находят свое выражение в произведениях всех великих художников вне зависимости от места и времени их существования, потому что именно эти ценности определяют человеческую жизнь в целом: они суть ее, первооснова.
Философская направленность лирики Пастернака во многом обусловлена биографическими факторами. Музыка, живопись и литература определяли атмосферу в детстве поэта. Его отец был известным художником, мать — одаренной пианисткой; гостями дома были Серов, Врубель, Скрябин, Рахманинов, Лев Толстой. Будущий поэт напряженно впитывает в себя все новое, постигает общую природу всего искусства и, в конечном итоге, всякой духовности. Все проявления человеческого духа имеют своим итогом обобщающую философскую систему взглядов; для ее изучения молодой Пастернак решает стать профессиональным философом, поступает на философское отделение историко-филологического факультета, затем продолжает занятия в Марбурге. И хотя окончательный выбор его пал на поэзию (чему, на мой взгляд, следует только радоваться), поэт на всю жизнь остается «привязан» к философской тематике, которая органично входит в его поэзию, не подавляя, не ослабляя ее. Скорее, наоборот, лирика Пастернака только выигрывает от такого сближения, обретая неслыханную глубину и силу воздействия.
Особенность философской мысли Пастернака, или, точнее, способа ее выражения, — то, что она нигде не дана явно, открыто. Поэзии вообще это не свойственно, но у Пастернака глубинный подтекст стиха зашифрован, спрятан особенно изощренно, на грани риска, что ленивый и нелюбопытный читатель не сможет его уловить. Что ж, значит, такой читатель стихам не нужен. Человек, читающий Пастернака, должен сам пройти путь от поэтического образа к философскому обобщению: автор никогда не представляет явно «конечный вывод мудрости земной», ясный для него самого. Он дает исходный материал для напряженных мысленных исканий, впрочем, рассыпая тут и там намеки, вехи для указания пути. А основная философская позиция поэта остается как бы «за кадром».
Не претендуя на полноту и однозначную правильность истолкования, попытаемся описать основные принципы пастернаковского мировоззрения.
Основная философская проблема — проблема бытия. В каком-то смысле для Пастернака ее нет. У него мир существует — и все. Без всяких «почему» и «зачем»:
Не надо толковать,
Зачем так церемонно
Мареной и лимоном
Обрызнута листва.
Существование мира утверждается всей поэзией Пастернака. Сама она — неизменное выражение удивления и благоговения перед чудом жизни. Потому что жизнь во всех ее многообразных проявлениях есть непреходящее чудо, чья необыкновенность настолько велика, что способна исцелить любую боль:
На свете нет тоски такой,
Которой снег бы не излечивал.
Герой поэзии Пастернака принимает бытие таким, каково оно есть; совершенство, целесообразность его не вызывают сомнения. «Сестра моя — жизнь», — говорит он. И жизнь входит в его стихи как в свой дом: поэт с ней на «ты», меж ними нет дистанции, о чем свидетельствуют эти строки:
Со мной, с моей свечею вровень
Миры расцветшие висят.
Герой принимает мир, и жизнь в нем кажется ему простой и не отягощенной премудростями, созданными искусственно:
Легко проснуться и прозреть,
Словесной сор из сердца вытрястъ
И жить, не засоряясь впредь.
Все это — не большая хитрость.
Благоговение перед жизнью распространяется на все ее формы, без унижающего ее великий дух деления на вечное и преходящее, на возвышенное и приземленное:
«О Господи, как совершенны
Дела твои, — думал больной, —
Постели, и люди, и стены,
Ночь смерти и город ночной…»
Как правило, в произведениях Пастернака тема смерти почти отсутствует в чистом виде. Смерть не нарушает законов и течения жизни, она тоже есть часть бытия. Смерть — это скорее переход к иному этапу существования. Герой не испытывает страха перед небытием, ибо небытия не существует. Об этом — стихотворение «Уроки английского». Обращаясь к героиням Шекспира, поэт повествует о том, как их смерть становится открытием новых миров, не концом, а началом жизни во вселенной.
Размышляя об основах бытия, Пастернак на первое место ставит любовь. Любовь — не просто человеческое чувство, но принцип жизни, ее первооснова. Ей есть соответствие в мире природном — это всеобщая связь всех явлений и вещей. В одном из стихотворений
поэт проводит параллель между любовью героя и жизнью морской стихии: герой привязан к своей возлюбленной, как море к берегу. В стихотворении «Давай ронять слова…» на вопрос о том, кто управляет миром, «кто велит», дается ответ: «Всесильный бог любви, Ягайло и Ядвиг». Эти имена выбраны не случайно — некогда именно брак, сочетание польской королевы Ядвиги к литовского князя Ягайло дало начало новому государству.
Чувство любви роднит человека и мир:
И сады, и пруды, и ограды,
И кипящее белыми воплями
Мирозданье — лишь страсти разряды,
Человеческим сердцем накопленной.
Именно любовь дает человеку возможность понять мир. Проблема миропонимания очень важна для Пастернака, и единственное ее решение в поэзии автора — это полное принятие всех обликов жизни.
Свое определение смысла человеческой жизни поэт сформулировал в стихотворении, которое можно назвать программным для его творчества — «Во всем мне хочется дойти…» Человек должен жить, постигая законы этого мира — законы любви всего ко всему. В соответствии с ними должна строиться и его жизнь:
Но надо жить без самозванства,
Так жить, чтобы в конце концов
Привлечь к себе любовь пространства,
Услышать будущего зов.
Труд при этом выступает как цель бытия и его форма: герой говорит о блаженстве «занятий», о том, что «праздность — проклятье». Таков для Пастернака «конечный вывод мудрости земной».
Философия Пастернака — жизнеутверждающая и оптимистичная. В этом мире много трагедий и невзгод, но они ведут нас к новым высотам понимания жизни, служат своего рода очищающим душу катарсисом. Нельзя сказать — «Мир прекрасен», но нужно — «Мир существует, и это прекрасно».
Им правит закон любви. Все это должен принять человек, принять и трудиться.
![spacer](https://russkie-sochineniya.ru/wp-content/themes/luminescence-lite/images/post-shadow.png)