«Жизнь учит лишь тех, кто ее изучает». В. О. Ключевский. (По одному из произведений русской литературы. — Л. Н. Толстой. «Люцерн».)

В 1857 году Л. Н. Толстой совершил заграничное путешествие. Он побывал во Франции, Италии, Швейцарии и Германии. Писатель проявил живейший интерес к жизни западноевропейских стран и близко познакомился с их культурой и социальным строем. Многое из того, что он увидел здесь, поразило и огорчило его, вызвало в нем чувство протеста. Так, в курортном швейцарском городке Люцерне он был свидетелем бездушного отношения богатых иностранных туристов к нищему странствующему певцу. За один день Толстой написал рассказ «Люцерн», в котором излил все свое

негодование против буржуазной цивилизации, увидев в ней «тщеславие, честолюбие и корысть».
Почему же столь «обычный» в буржуазном обществе случай так взволновал писателя? Дело тут в том, что, приехав в Европу из крепостной России, Толстой мечтал насладиться здесь «социальной свободой». В первые дни пребывания в Париже Толстой писал, что «это чувство социальной свободы… составляет главную прелесть здешней жизни». Но прошло немного времени, и от радостных надежд и ожиданий, с которыми Толстой приехал на Запад, не осталось и следа.
На: одной из парижских площадей Толстой увидел, как казнили
(гильотинировали) человека. Казнь происходила в присутствии огромной толпы, для которой она была лишь ярким, возбуждающим нервы зрелищем. Посетив знаменитую парижскую биржу, где совершались финансовые сделки, Толстой сделал в дневнике краткую, но исчерпывающую запись: «Биржа — ужас!» Побывав у гробницы Наполеона, он записал в дневнике: «Обоготворение злодея ужасно».
Гильотина, биржа и культ Наполеона-завоевателя — вот что несла с собой «свободная» буржуазная цивилизация. К этому добавились картины городской нищеты и обнищания сельского населения. Приехав в Швейцарию и восхищаясь красотой и богатством ее природы, Толстой с грустью написал в «Путевых записках» об ужасающей бедности, в которой доживали свою жизнь старые рабочие, потерявшие силы и здоровье. И это в стране, где, как писал Толстой, «цивилизация, свобода и равенство доведены до высшей степени».
Вот откуда те гнев и горечь, которыми пропитана каждая строчка в рассказе «Люцерн». Не желая сдерживать себя, писатель восклицает: «Паршивая ваша республика!» — обращаясь к людям, для которых «лучшее благо мира — деньги».
Толстой приводит в «Люцерне» речь «маленького человечка» — нищего певца, направленную против «новых законов республики». «Что же это такое? — говорит певец. — Богатым жить можно, как хотят, a un bauvre tiaple, как я, уж и жить не можем. Что же это за законы республики? Коли так, то мы не хотим республики…» Мы — это тысячи таких же обездоленных и гонимых бедняков, как и он, лишенных возможности жить по-человечески.
Излив свой гнев и негодование против буржуазных «порядков», Толстой в конце рассказа говорит о «Вечном духе», о Боге, как о единственной надежде для всех угнетенных и обездоленных людей. И этим он, несомненно, ослабляет впечатление, которое производит на читателей его произведение.
Сила рассказа «Люцерн» не в обращении к Богу, а в страстном заступничестве за бедных, угнетенных и гонимых людей, в резкой критике равнодушия и Жестокости богачей-аристократов, установивших бесчеловечные «порядки»



spacer
«Жизнь учит лишь тех, кто ее изучает». В. О. Ключевский. (По одному из произведений русской литературы. — Л. Н. Толстой. «Люцерн».)