Тема счастья в поэме Н. А. Некрасова “Кому на Руси жить хорошо”

“Кому на Руси жить хорошо” – самое удивительное произведение Н. А. Некрасова. Это не поэма в обычном смысле слова и даже не роман в стихах, а народная эпопея нового времени, сохранившая связь с древнерусским былинным эпосом. В этом произведении воплощены исконные, вечные черты русского национального характера, его незыблемые нравственные устои, народное горе и народное счастье.
“Кому на Руси жить хорошо” Некрасов писал много лет, с перерывами, попутно работая над другими творениями, иногда надолго отрывавшими его от основного

дела. В эти годы им созданы многие лирические стихотворения.
Некрасовским странникам так и не удается найти счастливого человека на Руси. В чем же корень зла, источник людских горестей? Гриша Добросклонов отвечает на этот вопрос: “Всему виною крепь”. Но это мнение было бы неправильно считать настоящей точкой зрения Некрасова. Ведь если так, тогда не о чем беспокоиться. Крепостное право отменено, справедливость восторжествовала, наступило время веселых песен. Однако поэт понимал, что “освобождение” не решило самых больных проблем народной жизни. Он понимал и другое: крепостное право, при всем его отталкивающем
упорстве, при всей тяжести гнета, не в силах было сломить русский народ. Крестьянин слишком могуч и значителен для того, чтобы пасть жертвой жестокостей со стороны помещика.
Всю жизнь волновал поэта и замысел всеохватного эпического произведения – поэмы “Кому на Руси жить хорошо”. Сам Некрасов называл поэму “эпопеей современной крестьянской жизни”. Следовательно, каковы бы ни были конкретные социальные реалии, они непременно возводятся к общему и, преимущественно, к фольклорному началу, к былинному преломлению реалий русской жизни. И здесь Некрасов прибегает к архаизованным формам: такое вступление, как “пролог”, характерно для древней и средневековой литературы. И, вместе с тем, оно почти не встречается в литературе нового времени.
Сказочность пролога, когда семь крестьян-правдоискателей решаются пуститься в великое путешествие по Руси, мотивирована реальной социальной необходимостью: познать пореформенную Русь во всех проявлениях ее нового бытия, на сломе крепостничества и свободы, подчас еще не осознанной и не прочувствованной свободы народной жизни:
Порвалась цепь великая,
Порвалась – расскочилася:
Одним концом по барину,
Другим по мужику!..
Вопрос о счастье, вынесенный в заглавие поэмы, – это вопрос не столько благополучия, материального довольства и процветания, сколько внутренней гармонии и миропорядка. Это подведение итогов прошлого и создание “проекта о будущем”, социальной и национальной его модели.
Исходя из этого, варьируется, меняя комбинации, главный вопрос поэмы: “Кому жить любо-весело, Вольготно на Руси?” Он слышен и в споре крестьянских баб о том, кому живется “хуже” (гл. “Пьяная ночь” части первой), и в рассуждениях крестьян Вахлачины о том, кто “всех грешней”, чей “грех” страшнее: господ или бессловесных рабов.
Распадение единых законов общей жизни всего более коснулось простого народа, поэтому его проблемы и его мера счастья вынесены в центр поэмы. Эпичность повествования не исключает причастности авторского тона ко всему изображаемому: словно ласкающая, напевная интонация смягчает значение простонародных, нередко мужицких слов:
Не надо бы и крылышек,
Кабы нам только хлебушка
По полупуду в день,
И так бы мы Русь-матушку
Ногами перемеряли!” –
Сказал угрюмый Пров.
С другой стороны, авторская ирония не желает “скрывать” себя, когда заходит речь о “дольщиках” в вопросе о народном счастье: о попе, помещике Оболте-Оболдуеве, князе Утятине, лакее, заслужившем подагру вылизыванием господских тарелок, бурмистре Климе.
Некрасов не считает возможным ставить в один ряд идеал “господского счастья” (“Покой, богатство, честь”) и убогий образ “счастья крестьянского”, основанного на насущном хлебе и зависящего от физического выживания:
“Эй, счастие мужицкое!
Дырявое с заплатами,
Горбатое с мозолями;
Проваливай домой!”
Вместе с тем, среди крестьян есть и подлинно “счастливые” – это те, которым удалось (если воспользоваться словами Гриши Добросклонова) “в рабстве спасти свое сердце”: Яким Нагой, Ермил Гирин, Савелий, богатырь святорусский, Матрена Тимофеевна Корчагина.
В истязающих душу и тело человека условиях крепостного права каждый из них сумел “спасти”, как самую большую драгоценность, живое сердце. Каждый из них воплощает лучшие крестьянские качества. Яким Нагой – достоинство и гордость за свое сословие, за всех “униженных” и “обиженных”. Ермил Гирин – честность и совестливость, позволившие ему заслужить народную любовь. Савелий – непокорность духа: “Клейменый, да не раб!” Матрена – неукротимую силу душевного протеста против обстоятельств, способность победить, преодолеть их, сохранив дом и семью: “…Домом правлю я, Рощу детей…”
Представителем всех “несчастных” и “счастливых” в поэме является сын дьячка села Вахлачина Григорий Добросклонов. Его бесспорное счастье – в выборе доли “народного заступника”, готовящей ему суровое испытание в будущем и причисляющей его к “избранным” – к тем, кто “рабам земли” должен “напомнить о Христе”.



spacer
Тема счастья в поэме Н. А. Некрасова “Кому на Руси жить хорошо”