Роберт Джордан (англ. Robert Jordan) — герой романа Э. Хемингуэя «По ком звонит колокол» (1940). Р. Д. — это обобщенный образ лирико-биографической прозы Хемингуэя, итог развития образов Ника Адамса («В наше время», 1925), Джейка Барнса («Фиеста» /»И восходит солнце»/ 1926) и Фредерика Генри («Прощай, оружие!», 1929). По происхождению и складу мыслей все четыре героя близки автору вплоть до совпадения отдельных житейских событий, все они воплощают тип «wounded hero» («раненый герой»). Истоки образа Р. Д. искали в реальных личностях американца Роберта Мерримена, советского добровольца Хаджи Мамсурова, испанца Хосе по прозвищу Фантастик и многих других. Образ Р. Д.- это литературный памятник борцам против фашизма в Испании, соединивший в себе образы героя-одиночки и человека-массы. В Р. Д. Хемингуэй выразил свои политические и нравственные идеалы, убеждения о месте честного человека в антифашистской борьбе, о его гражданском долге. Работа, которую Р. Д. делает, наполнена для него общечеловеческим смыслом, а не стремлением к личному спасению, как это было у его предшественника Джейка Барнса. У Р. Д. нет простого и ясного взгляда на жизнь, но он достиг того, о чем мечтал Джейк Барнс, — научился соразмерять личную судьбу и события в мире. Это приводит Р. Д. к отказу от пацифизма и к осознанию необходимости с оружием в руках защищать то, что, по его мнению, нуждается в защите. Р. Д. принимает принципы революционного долга и дисциплины, считая их действующими и необходимыми на время войны. В американском литературоведении были даже такие трактовки образа Р. Д., как «красный Христос» (С. Анфред). Р. Д. также наследует у своих предшественников Джейка Барнса и Фредерика Генри черты литературного типа «Ромео»: его любовь взаимна и трагична. У Р. Д. она достигает высот слияния физической и духовной сторон, являясь светлым чувством, наполняющим жизнь, но не могущим заполнить весь мир героя, как у Фредерика Генри. Любовь обрывается на трагической ноте спасения жизни любимой ценой собственной, сливаясь с выполнением нравственного долга по отношению к людям, разделяющим с Р. Д. трагические обстоятельства. Хемингуэй сознательно поехал на испанскую войну в качестве корреспондента нескольких объединившихся американских газет. Р. Д., американский преподаватель, был вовлечен в события войны, находясь в Испании на стажировке. Книга о Р. Д.- глубоко личная для автора. Отец Р. Д., как и отец Хемингуэя, покончил жизнь самоубийством. Дед Р. Д., как и дед Хемингуэя, сражался на стороне Севера в гражданской войне. Автор ищет»Шв. Д. не исключительную личность, а истоки связи, объединяющей его как с испанским демократическим движением, так и с демократическими традициями своей страны. Р. Д. чувствует себя участником Крестового похода против фашизма, как в Испании, так и в Америке. Роман о Р. Д. был воспринят испанскими коммунистами как грубая карикатура на описываемые события. И это не случайно: Р. Д.- герой, «утративший иллюзии», которому ведомы чувство долга и сомнения. Хемингуэй описывает развенчание идеализированных понятий о движении Сопротивления. Остается внутреннее осознание необходимости выполнять личный долг в контексте реального момента жизни. Основа этого чувства — сохранение самоуважения, диктующего необходимость самопожертвования. В отличие от Джейка Барнса и Фредерика Генри у Р. Д. есть только «сейчас» — как в любви, так и в исполнении долга. В том и в другом он достигает нравственных высот, переживает свой звездный час, завершая цикл развития героя лирико-биографической прозы Хемингуэя. В экранизации романа (США, 1943) роль Р. Д. исполнил Г. Купер.
![spacer](https://russkie-sochineniya.ru/wp-content/themes/luminescence-lite/images/post-shadow.png)