“В Салтыкове есть… этот серьезный и злобный юмор, этот реализм, трезвый и ясный среди самой необузданной игры воображения…” (И. С. Тургенев)

М. Е. Салтыков-Щедрин – явление в русской литературе уникальное. Стиль этого писателя не перепутаешь ни с чьим другим. Произведения Салтыкова-Щедрина наполнены сарказмом, иронией, горьким смехом по отношению к окружающей его действительности. Удивительно: Салтыков-Щедрин высмеивал пороки своей современности, но его произведения очень актуальны и для нашего времени.
Как и любой сатирик, критикующий современность, писатель использовал в своих произведениях эзопов язык, в частности, аллегорию (например, в сказках). Чтобы усилить впечатление,

эффект от своих произведений, Салтыков-Щедрин очень широко использовал гротеск, гиперболу, литоту (в “Истории одного города”). Но книги писателя все равно достигали своей цели: все персонажи и явления были очень узнаваемы.
Роман “История одного города” (1869-1870) – произведение сложное и неоднозначное. Сразу же после его выхода в свет Салтыкова-Щедрина обвинили в оскорблении русского народа и искажении отечественной истории. Сам же автор утверждал: “Я совсем не историю предаю осмеянию, а известный порядок вещей… Мне нет никакого дела до истории. Я имею в виду лишь настоящее”.
В центре романа
лежит история города Глупова, на примере которого рассматривается развитие русского самодержавия. В произведении сопоставляются различные эпохи: от Киевской Руси до начала 19 века.
В городе Глупове сменились двадцать два градоначальника. Об этом сообщает глава “Опись градоначальникам”. Из нее мы также узнаем о деяниях этих “славных” мужей на пользу Отечеству и городу Глупову. Один из них прославился увлечением макаронами, другой “был росту трех аршин и трех вершков”, третий умел летать и петь непристойные песни. И так далее. Мы понимаем, что автор несколько преувеличивает, но в описаниях правителей есть большая доля правды. Особенно это становится ясно, когда Салтыков-Щедрин пишет, что всех градоначальников отличает чрезмерная жестокость (совершали походы против недоимщиков, секли безбожно, драли с глуповцев три шкуры) и самодурство.
Деяниям наиболее “выдающихся” градоначальников посвящены отдельные главы “Истории…”. Так, Дементию Варламовичу Брудастому посвящена глава “Органчик”. В описи его характеризуют так: “Назначен был впопыхах и имел в голове некоторое особливое устройство, за что и прозван был “Органчиком”. Это не мешало ему привести в порядок недоимки, запущенные его предшественником”. В результате своей механической головы Брудастый мог произносить всего два слова: “Разорю!” и “Не потерплю!” и сечь жителей Глупова.
Конечно, в описании Органчика ясно видна гипербола, гротеск, ирония. Но, я думаю, это смех сквозь слезы. Таких органчиков, способных только разорять и пороть, в России было великое множество.
В главе “Войны за просвещение” на сцену выходит Василиск Семенович Бородавкин. Салтыков-Щедрин пишет, что он отличался “неслыханной административной въедчивостью”, крикливостью и расторопностью. А кроме того, имел недремлющее око.
Бородавкин мыслил масштабно: он мечтал о завоевательных походах. Но, поскольку такой возможности пока не было, он ограничивался “войнами за просвещение”. Всего таких войны было четыре, они велись против глуповцев и всегда заканчивались победой Бородавкина. По другому и быть не могло: с помощью оловянных солдат, налитых кровью, градоначальник крушил все на своем пути. Поэтому глуповцам проще было согласиться употреблять горчицу и прованское масло, ставить дома на каменные фундаменты, разводить персидскую ромашку или даже отдавать своих детей в глуповскую академию.
Войны за просвещение резко сменились походами против просвещения в связи с Французской революцией. Но глуповцы не заметили особой разницы. Также он “спалил слободу навозную,… разорил Негодницу,… расточил Болото”.
Я думаю, с полной уверенностью можно сказать, что в “Истории одного города” Салтыкова-Щедрина через призму преувеличения и фантастики проглядывает неприкрытая правда, горькая реальность.
Не менее реалистичны и сказки писателя. Недаром он указал в своей книге, что они предназначены для детей взрослого возраста. Так, например, в сказке “Премудрый пискарь” под видом мелкой рыбешки аллегорически изображен тип умеренного либерала. Это трусливый человечишка, вечно трясущийся за свою жизнь. Ничего, кроме своей жалкой жизни, его не интересует. Пискарь отгородился от всего мира, лишил себя всех рыбьих (человеческих) радостей и, главное, никому не принес никакой пользы. Он не боролся за свою жизнь, за свои права, а предпочел целый век прозябать. Поэтому итог жизни либерального пискаря – “Он жил и дрожал – только и всего”. Автор делает вывод: “Нет, это не граждане, а по меньшей мере бесполезные пискари. Никому от них ни тепло, ни холодно, никому не чести, ни бесчестия, ни славы, ни бесславия…живут, даром место занимают да корм едят”.
Понятно, что Салтыков-Щедрин под образом премудрого пискаря подразумевает сторонников политического направления либерализма. Кроме того, автор имеет в виду и просто пассивных граждан. Они молчат, глядя на все беззакония, творимые властью, из страха за свою жизнь.
Я считаю, что произведения М. Е. Салтыкова-Щедрина наполнены реализмом. Несмотря на то, что они насыщены преувеличениями, фантастикой и аллегориями, в них всегда узнаются конкретные лица или явления. Сам писатель говорил, что он описывает реальность, его интересует только настоящее. Я считаю, что это так. Как любой великий художник, Салтыков-Щедрин стремился преобразовать действительность, высмеивая ее недостатки.



spacer
“В Салтыкове есть… этот серьезный и злобный юмор, этот реализм, трезвый и ясный среди самой необузданной игры воображения…” (И. С. Тургенев)