Своеобразие кульминационной сцены одного из произведений русской литературы XX века. (Л. Н. Андреев. «Баргамот и Гараська».)

«Баргамот и Гараська» — первый рассказ писателя, который принес ему признание читателей и который отметил Максим Горький. Но это и самый совершенный рассказ Леонида Андреева, в котором он выразился как подлинный русский реалист и в то же время как писатель, обладающий своей неповторимой манерой.
«Баргамот и Гараська» — «пасхальный» рассказ. Он написан для пасхального номера московской газеты «Курьер», где Андреев работал в качестве судебного хроникера. «Пасхальные» рассказы составляют целую традицию в русской

литературе. Их писали Лесков, Чехов, Горький и другие великие прозаики. «Пасхальный» рассказ должен нести в себе идею примирения людей, их христианского братства. Вот почему городовой Баргамот приглашает в свой дом нищего Гараську, кото рога он в остальные дни потащил бы в участок, чтобы не мозолил на улицах глаза «приличной» публике. В Баргамоте заговорили совесть и жалость. Он вспомнил о том, что он не только городовой, обязанный следить за порядком в городе, но и христианин, который обязан «любить ближнего своего» Это движение души в нем было неподдельно; ведь никто не видел их, и некому было оценить христианский
поступок Баргамота. И писатель не жалеет красок, чтобы показать этот взрыв подлинной человечности в толстокожей душе полицейского.
Но Андреев не был бы Андреевым, если бы написал обычный «пасхальный» рассказ. Л. Н. Андреев — писатель неожиданный, опрокидывающий привычные представления о мире И вот в доме Баргамота случился конфуз. Супруга городового назвала Гараську по имени-отчеству, а тот даже забыл, когда его так называли. Для жителей всего города он просто «Гараська». Супруга Баргамота хотела выразить уважение к личности нищего, а вышло наоборот: Гараська вспомнил, что он — никто.
Но именно эта ситуация конфуза напоминает нам о том, что нельзя быть христианином на час. Нельзя относиться к людям по-христиански только потому, что нынче праздник. Такое отношение может еще сильнее ранить обиженного жизнью человека. Ему было бы легче, если бы ему не напоминали о том, что есть светлая, чистая жизнь, в которой ему нет места. Нельзя быть добрым на час.
Нельзя помочь человеку, не отдав ему часть своей души, часть самого себя.



spacer
Своеобразие кульминационной сцены одного из произведений русской литературы XX века. (Л. Н. Андреев. «Баргамот и Гараська».)