Символика имен в пьесах А. Островского “Гроза”, “Бесприданница”, “Лес”

Пьесы А. Островского насыщены разнообразной символикой. Прежде всего это символы, связанные с миром природы: лес, гроза, река, птица, полет. Очень важную роль играют в пьесах и имена героев, чаше всего имена античного происхождения: древнегреческие и римские. Мотивы античного театра в произведениях Островского еще недостаточно исследованы, поэтому учесть все смысловые обертоны греческих и римских имен здесь трудно. Ясно однако, что имена эти вовсе не случайно выбраны автором, очень важен их звуковой состав, образность и их значение в русском языке. На этих моментах мы и остановимся подробнее.
Ю. Олеша восхищался фамилиями героев Островского. Паратов – это и парад, и пират. К наблюдениям Олеши можно добавить и безусловно напрашивающееся сопоставление Паратова с “паратым” зверем, то есть мощным, хищным, сильным и беспощадным. Матерым вожаком, например. Хищническое поведение его в пьесе как нельзя лучше характеризуется этой фамилией.
Фамилии Дикой и Кабанова не надо комментировать. Но не забудем, что Дикой – не только всесильный Савел Прокофьевич, а и племянник его, Борис. Ведь мать Бориса “не могла ужиться с родней”, “уж очень ей дико казалось”. Значит, Борис – Дикой по отцу. Что из этого следует? Да то и следует, что он не сумел отстоять свою любовь и защитить Катерину. Ведь он – плоть от плоти своих предков и знает, что целиком во власти “темного царства”. Да и Тихон – Кабанов, как ни “тих” он. Вот и мечется Катерина в этом темном лесу среди звероподобных существ. Бориса же она выбрала едва ли не бессознательно, только и отличие у него от Тихона, что имя (Борис – по-болгарски “борец”).
Дикие, своевольные персонажи, кроме Дикого, представлены в пьесе Варварой (она язычница, “варварка”, не христианка и ведет себя соответствующим образом) да Кудряшом, на которого находится соответствующий Шапкин, урезонивающий его. Кулигин же, помимо известных ассоциаций с Кулибиным, вызывает и впечатление чего-то маленького, беззащитного: в этом страшном болоте он – кулик, птичка – и больше ничего. Он хвалит Калинов, как кулик хвалит свое болото.
Женские имена в пьесах Островского весьма причудливы, но имя главной героини почти всегда чрезвычайно точно характеризует ее роль в сюжете и судьбу. Лариса – “чайка” по-гречески, Катерина – “чистая”. Лариса – жертва торговых пиратских сделок Паратова: он продает “птиц” – “Ласточку” (пароход) и потом Ларису – чайку. Катерина – жертва своей чистоты, своей религиозности, она не вынесла раздвоения души, ведь любила – не мужа, и жестоко наказала себя за это. Интересно, что Харита и Марфа (в “Бесприданнице” и в “Грозе”, соответственно) – обе Игнатьевны, то есть “незнающие” или, по-научному, “игнорирующие”. Они и стоят как бы в стороне от трагедии Ларисы и Катерины, хотя та и другая, безусловно, виноваты (не прямо, но косвенно) в гибели дочери и снохи.
Ларису в “Бесприданнице” окружают не “звери”. Но это люди с огромными амбициями, играющие ею, как вещью. Мокий – “кощунствующий”, Василий – “царь”, Юлий – это, конечно, Юлий Цезарь, да еще и Капитоныч, то есть живущий головой (капут – голова), а может быть, стремящийся быть главным. И каждый смотрит на Ларису как на стильную, модную, роскошную вещь, как на пароход небывало скоростной, как на виллу шикарную. А что там Лариса себе думает или чувствует – это дело десятое, вовсе их не интересующее. И избранник Ларисы, Паратов Сергей Сергеевич – “высокочтимый”, из рода надменных римских патрициев, – вызывает ассоциации с таким известным в истории тираном, как Луций Сергий Катилина.
Ну и наконец, Харита – мать троих дочерей – ассоциируется с харитами, богинями юности и красоты, которых было три, но она же их и губит (вспомним страшную судьбу двух других сестер – одна вышла замуж за шулера, другую зарезал муж-кавказец).
В пьесе “Лес” Аксюша и вовсе чужая этому миру нечистой силы. Лес можно понять как новое “темное царство”. Только живут тут не купцы, а кикиморы вроде Гурмыжской и Улиты. Аксюша чужая потому уже, что имя ее и означает по-гречески “чужеземка”, “иностранка”. В свете этого примечательны вопросы, которые задают друг другу Аксюша и Петр: “Своя ты или чужая?” – “Ты-то чей? Свой ли?”
Зато имя Гурмыжской (Раиса – по-гречески “беспечная”, “легкомысленная”) для нее весьма подходит, только кажется еще излишне деликатной характеристикой для этой ведьмы. Улита (Юлия) опять-таки имеет отношение к роду Юлиев, знаменитых в Риме, но это имя может намекать и более непосредственно на ее развратную натуру. Ведь в древнерусской повести “О начале Москвы” Улитой зовут преступную жену князя Даниила, изменницу и обманщицу.
Имена актеров Счастливцева и Несчастливцева (Аркадий и Геннадий) оправдывают их псевдонимы и поведение. Аркадий и значит “счастливый”, а Геннадий – “благородный”. Милонов, конечно, перекликается с Маниловым и с Молчалиным, а Бодаев и по фамилии, и по манерам – наследник Собакевича.
Итак, раскрытие значения имен и фамилий в пьесах Островского помогает осмыслить и сюжеты, и основные образы. Хотя фамилии и имена нельзя в данном случае назвать “говорящими”, так как это черта пьес классицизма, но они являются говорящие в широком – символическом – смысле слова.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...
    spacer
    Символика имен в пьесах А. Островского “Гроза”, “Бесприданница”, “Лес”